Деревянная церковная архитектура

До сих пор на Русском Севере еще можно встретить удивительные по красоте деревянные храмы и часовни, оставленные нашими предшественниками. Уже сотни лет нет людей, построивших их, но здесь мы можем ощутить красоту и величие их души, любовь и усердие к Богу, а также заботу о нас, ведь строились храмы на века, чтобы послужить и нам, и нашим потомкам.
В годы советской власти значительная часть храмов сжигалась, раскатывалась по бревнам, служила клубами, складами, или просто оставалась в запустении, но, несмотря на все это, многие из них дошли до наших дней. Коммунизм, коллективизм, плесень, личинки и периодические разграбления не смогли полностью уничтожить эти чудеса национальной культуры, но банальное пренебрежение и равнодушие может довершить начатое. Их осталось всего несколько сотен, уникальных по разнообразию и конструктивным решениям, русских деревянных храмов.

Особенности деревянного храмостроительства

С самых древних времен обработка древесины и строительство из нее было делом привычным и широко распространенным на территории Руси. Строили много. Этому способствовали и частые пожары, и миграции населения, и недолговечность материала. Но все же для строительства деревянных храмов приглашали артели опытных мастеров, во главе которых стояли старосты (от немецкого «мастер»).
Основным материалом для строительства, в преимущественном большинстве, были бревна (осляди или слаги), длиною от 8 до 18 м и диаметром около полуметра и более. Из бревен тесали брусья (бревно отесанное на четыре канта). Для устройства полов применялись бревна, расколотые на две части (пластины). Из бревен с помощью клиньев (расколотых в длину) получали доски (тес). Для устройства кровельного покрытия использовали изготовленный из осинового теса лемех (гонт).
При строительстве традиционно использовали два способа крепления бревен: «в обло» – при помощи вырубания в концах бревен соответствующих углублений, и «в лапу» («в шаг») – этом случае выпускных концов нет, а сами концы вырубались так, что схватывались друг с другом зубцами, или «лапами». Ряды собранных венцов назывались срубами, или стопами.
Крыши храмов и шатры покрывались тесом, а главы лемехом. Подгонялись они с большой точностью и только в верхней части крепились к основе особыми деревянными «костылями». Во всем храме от основания до креста не применялись металлические детали. Связанно это, в первую очередь, не с нехваткой металлических деталей, а с умением мастеров обходиться без них.
Для строительства храмов широко использовались те породы древесины, которые в изобилии произрастали на данной территории; на севере чаще строили из дуба, сосны, ели, лиственницы, на юге – из дуба и граба. Для изготовления лемеха применяли осину. Подобные крыши из осинового лемеха практичны и привлекательны, они не только издали, но даже с близкого расстояния производят впечатление посеребренной кровли.
Важной особенностью древнего зодчества являлся тот факт, что в немногочисленном плотницком инструменте отсутствовали пилы (продольные и поперечные), которые, казалось бы, были столь необходимыми. Вплоть до петровской эпохи плотники не знали слова «строить»; они не строили свои избы, хоромы, церкви и города, а «рубили», почему и плотников именовали иногда «рубленниками».
На Севере Руси пилы в строительном деле широко вошли в употребление лишь в середине XIX в., поэтому все брусья, доски, косяки были вытесаны старыми мастерами одним топором. Церкви рубили в прямом смысле этого слова.
На Севере, в отличие от южнорусских областей, храмы в древности почти всегда ставились прямо на землю («пошву») без фундамента. Талант и мастерство зодчих позволяли строить храмы высотой даже до 60 м, а высота в 40 м была обычной.
Суровая школа жизни отразилась на внешнем убранстве церквей, постепенно приведя к созданию произведений, поражавших своей простотой и вместе с этим неповторимой торжественностью и гармонией.

Основные типы деревянной церковной архитектуры
Часовни

Часовни, поклонные кресты, либо иконы в киотах были непременными спутниками русских людей в древности. Они в великом множестве возводились по всей земле русской. Ставили деревянные часовни на местах обретения икон, сгоревших или упраздненных и разобранных храмов, на местах сражений, на местах внезапной смерти христиан от молнии или болезни, у въезда на мост, на перекрестках дорог, там, где считали почему-либо необходимым осенить себя крестным знамением.
Самыми простыми из часовен были обычные невысокие столбы, на которые под небольшой крышей устанавливались иконы. К более сложным относились крошечные постройки (клетского типа) с низкими дверными проемами, в которые нельзя было войти не согнувшись. Наиболее распространенными в древности были часовни в виде изб с маленькой главой или просто крестом, в летописях подобные часовни упоминаются как «клетские». Все часовни всегда содержались в должном порядке, своевременно ремонтировались и украшались к праздникам жителями ближайших деревень.

Клетские храмы

Деревянные храмы, по свидетельству летописцев XVI–XVII вв., строились «по подобию, по старине», и их зодчие строго придерживались древних традиций.
Самыми простыми по типу постройками и самыми первыми были храмы, походившие на простые избы и отличавшиеся от них только крестом или маленькой главкой.
Так сложился первый тип деревянного храма – клетский. По размерам церкви эти были невелики, рубились из одного, двух, чаще из трех срубов (алтарь, храм и притвор), соединенных вместе и увенчанных чаще одной главой; перекрывались кровлей на два ската.
Характерным примером подобного типа является церковь прав. Лазаря (конец XIV в.) – древнейший из дошедших до нас памятников деревянного зодчества. По преданию, она срублена при жизни основателя монастыря прп. Лазаря, до 1391 г. Размеры церкви невелики (8,8 м на 3,6 м). Храм не имеет никаких внешних украшений. Это древнейший пример постройки клетского типа, многократно повторявшийся впоследствии с весьма существенными вариациями вплоть до XX в.

Шатровые храмы

Шатровые храмы имели то главное преимущество перед клетскими, что были обыкновенно очень большими по объему и имели значительную высоту. Термин «деревянный верх» заключает в себе устройство главного помещения в виде многогранной башни. Кровельное покрытие таких храмов устраивалось «кругло» (многогранником), а форма получила название – «шатер».
Шатровые храмы значительно отличались от клетских планом и своим сильно подчеркнутым стремлением вверх. Они изумительно красивы, просты и вместе с тем очень рациональны – это глубоко национальная форма. Сохраняя традиционный трехчастный план, шатровые постройки получили новые архитектурные формы, не употреблявшиеся в древности, что позволило устроить при помощи тех же исходных материалов достаточно большие сооружения.
Шатры рубились, как и крыши клетских храмов, без системы стропил. Шатер состоял из продолжения сруба, но каждый следующий венец делался меньше предыдущего, совокупность венцов образовывала пирамидальную форму. Вследствие большой высоты, практической необходимостью было устройство у основания шатра «полиц», которые служили для отвода дождевой воды. Рубились такие церкви всегда «в лапу» и покрывались лемехом или тесом. Можно предположить, что первые шатровые храмы не имели высоких шатров, огромной высоты они достигли постепенно, в процессе становления архитектурных форм.
Чем древнее были шатровые храмы, тем проще и строже их внешнее оформление.
Начиная с середины XVII в. постепенно меняются требования к внешнему виду деревянных храмов. Суровая простота форм и строгость общего облика уступали место сложной композиции и дополнительному декоративному убранству.
Дальнейшее развитие этого типа построек шло путем усложнения основных форм.

Многоверхие храмы

Большинство построек, появившихся в конце XVII в. и на протяжении XVIII в., в основном сформировалось на основе клетских и шатровых храмов. Отличием их, как правило, было сочетание различных приемов и форм.
К самым сложным, вобравшим в себя все предшествующие формы, относятся многоярусные храмы, которые начали рубить с конца XVII в.
Церковь Преображения (1714) в бывшем Кижском погосте, на одноименном острове Онежского озера является самым ярким из сохранившихся примером деревянного зодчества Руси.
В плане имеет крест в восьмиугольнике, увенчаный двадцатью двумя главами (общая высота 35 м). При всей внешней сложности форм, здесь нет ни одной новой, которой бы не встречалось в более ранних деревянных храмах. Особого внимания заслуживает решение сложных инженерных задач по внутреннему устройству несущих конструкций. Для избежания попадания влаги внутрь, в восьмерике сделана вторая двускатная крыша, вода с которой отводилась по специальным желобам. Тонкое чутье мастера подсказало зодчему ввести незначительные, но существенные детали, превратившие храм в шедевр деревянного храмостроительства.
Внутреннее пространство относительно небольшое,оно занимает лишь четверть общего объема здания. Даже достаточно пышный по убранству иконостас, столь ярко выступающий в восьмигранном интерьере храма, не производит того впечатления, которое оставляет внешний облик этой небывалой церкви. По преданию, мастер, закончив постройку церкви, сказал: «Не было, нет и не будет такой». Этот храм – венец деревянного храмостроительства Руси. Древнее деревянное церковное зодчество севера Руси выработало два основных типа храмов: клетские и шатровые. Пройдя длительный путь становления и совершенствования, они создали, в свою очередь, целый ряд новых форм. Талант русских мастеров и любовь к Матери Церкви породили на Русской земле удивительные примеры деревянного храмостроительства.

По страницам книги Олега Стародубцева «Русское церковное искусство Х-ХХ веков»

Номер: 
Месяц: 
Год: