В Сан-Франциско ещё вчера, а в Тобольске уже завтра

Продолжение. Начало №№ 10-12, 2010 г., № 1-12, 2011 г., № 1-5, 2012 г.

Часть вторая

Встречи в Поднебесной
14
Гугнивый «Моисей»

С приходом в Китае к власти коммунистов, началось гонение на Православие. Под давлением руководства Советского Союза из Москвы власти Поднебесной под всякими предлогами начали запрещать православным посещать свои храмы. Русские, чтоб сохранить свою веру, опять вынуждены были бежать. Владыка Иоанн возглавил исход православных из Китая. И повёл он беженцев через Филиппинские острова, откуда удобнее выбираться в любую страну света. Было это в 1949 году. Гонимые православные разместились на разных Филиппинских островах.
Особенно много беженцев – более пяти тысяч находилось в лагере Международной беженской организации, созданной владыкой на острове Тубабао в Филиппинах. Жили в палатках. Благодаря содействию владыки Иоанна, все беженцы были снабжены всем необходимым, без чего русским эмигрантам, привычным к нищенскому существованию, не обойтись.
В лагере на Тубабао были помещены и все дети приюта. И, конечно же, среди них можно было увидеть наших знакомых: русскую девочку Соню и её китайского друга Ябу. Позаботился владыка Иоанн и о престарелых, которые не могли доживать свой век в Китае без Святой Неделимой Троицы, без Православной Церкви, которая является Телом Христовым. Вывез не только престарелых, но и верных Богу больных.
Предавшись своему пастырю – владыке Иоанну, все беженцы чувствовали себя на Тубабао и других островах защищёнными не только политически, но и от природных явлений. А бояться было чего. Филиппинский архипелаг находится на пути разрушительных тайфунов. Остров Тубабао бесчисленное число раз страдал от них. Гибли люди, уничтожались постройки.
Однако во время двадцатисемимесячного периода жизни православных в лагере, остров Тубабао да и другие острова с беженцами только один раз могли бы претерпеть тайфун, причём мощной разрушительной силы. На этот раз тайфун двигался прямиком к острову Тубабао, оставляя после себя на более южных островах небывалые разрушения: заливал берега, смывая в океан постройки, разбивал корабли, и даже на материке, далеко от берега, было много разрушений. Гибли люди. Тайфун быстро приближался к острову Тубабао. Люди не знали, что делать. На кораблях выходить в океан опасно. Все корабли укрылись в бухтах. И воздушные пути закрыты. Среди беженцев началась паника. Владыка Иоанн, как мог, успокаивал, говорил, что стихия не тронет их. Между тем тайфун был уже возле острова Тубабао... На берег двигалась высочайшая стена океанской воды.
Неожиданно тайфун переменил курс, обошёл остров, не тронув его, и продолжал дальше творить разрушения. Местных жителей это необычайно удивило. Такого природного явления тут никогда не наблюдалось. А потом филиппинцы начали утверждать, что произошло это потому, что на острове находится русский святой. И когда беженцы спрашивали местных филиппинцев об опасности тайфунов, то они отвечали, что нечего беспокоиться, ибо «ваш святой человек каждую ночь по нескольку раз обходит весь ваш лагерь и осеняет крестным знамением со всех четырёх сторон». Это не единожды видели и Яба с Соней. Они часто вечерами подолгу бродили по берегу, слушая воркотню набегавших волн.
Постепенно на Филиппинах все стали говорить о владыке Иоанне как о человеке Божием, потому как Бог через него не единожды показывал чудеса природных явлений. Много шло к нему людей с неизлечимыми болезнями. В архивах упоминается случай, как владыка в Маниле молитвами исцелил или даже воскресил сына одного очень высокопоставленного лица. (Подробности автору не известны.)
Характерную картину описывает Г. Ларин:
«Будучи лидером церковного района, где находился храм, жили священники, монахини и владыка Иоанн, я иногда сопровождал владыку в город Гюань. Там в филиппинском госпитале лечились тяжело больные русские, бежавшие из Китая, которых он навещал, раздавая карманного размера Евангелия и маленькие иконочки. В одну из таких поездок, войдя в русскую палату, мы услышали доходившие до нас издалека болезненные крики. На вопрос владыки о причине этих криков, сестра милосердия сказала, что это безнадёжно больная русская, которую, как беспокоящую своим криком больных, убрали из госпиталя и положили в прилегающий к этому зданию бывший американский военный госпиталь. Владыка немедленно решил пойти к страдалице, но русская сестра милосердия посоветовала не ходить ввиду того, что от неё исходит дурной запах. «Это ничего не значит», – сказал владыка и быстрыми шагами направился в ту пристройку. Я последовал за ним. От больной, действительно, исходил неприятный запах. Подойдя к ней, владыка положил ей на голову крест и стал молиться. Я отошёл. Долго молился владыка, затем исповедал больную и причастил. Когда мы уходили, она уже не кричала, а тихо стонала.
Прошло некоторое время. В один из таких приездов в госпиталь, едва мы въехали на джипе во двор, как из госпиталя выскочила какая-то женщина и бросилась к ногам владыки. Это была та самая «безнадёжно» больная, о которой все говорили: «Скорей бы уж отмаялась».
Вскоре выяснилось, что Соединённые Штаты Америки по своим законам не могут принять на жительство такое большое количество людей. Владыка Иоанн полетел в США. И, вопреки всяким человеческим препятствиям, добился очень многого. Чтоб принять на жительство его пасомых, Правительство США и Сенат изменили некоторые свои законы, и всем беженцам позволено было переехать на жительство в их страну. Всё это очень удивило граждан Соединённых Штатов. Изменять законы не в правилах этой страны. Однако исход паствы владыки Иоанна был осуществлён. Подобно Моисею, который вывел евреев из египетского рабства, владыка Иоанн вывел на свободу Православия верных сынов Бога и грядущей Руси.
Тут уместно привести следующую запись В. Рейера (полное имя автору неизвестно), которая позволит лучше представить действия владыки Иоанна в США.
«По прибытии в Манилу владыка попросил меня устроить ему аудиенцию у министра внутренних дел, где он решил просить облегчения жизни своим пасомым русским эмигрантам, находящимся в бедственном положении на острове Самар, и содействиию дальнейшей перевозке их в Америку. Аудиенция нам была назначена через день в девять часов утра. В ответ на просьбу моей жены владыка разрешил привести в порядок его рясу для этого приёма. В назначенный день в восемь утра я подошёл с молитвой к двери его комнаты. Ответа не последовало. Я ещё раз повторил молитву, опять безрезультатно. Так повторялось несколько раз. Прождав ещё некоторое время, я решился открыть дверь.
Войдя, я увидел владыку, уснувшего на коленях в молитвенной позе перед образами. Я понял, что он всю ночь молился о благополучном исходе аудиенции, а под утро, видимо, сморило. При моём появлении владыка быстро поднялся и обещал сразу выйти. Через несколько минут он показался в дверях, но волосы на его голове были в беспорядке. Я решил, что в таком виде явиться к важному министру нельзя, и предложил владыке поправить волосы. Владыка отстранился и сказал: «Не надо, поедем». Я был уверен, что нас не примут. Во-первых, мы опаздывали почти на час, а во-вторых, в таком виде едва ли допустят к министру.
К моему удивлению, нас приняли сразу. Сам министр был очень любезен и внимателен и обещал сделать всё, что будет в его силах. Просил, чтобы владыка не беспокоился, что он постарается удовлетворить все его просьбы. Надо сказать, что министру не были известны подвиги владыки, его подвижничество, да и самого владыку он видел впервые.
Возвращаясь в отель, я всю дорогу мысленно рассуждал с самим собою, и мне стало очевидным, что человеческими мерками ни определить, ни оценить владыку нельзя. Что казалось для нас непреодолимым – не явилось препятствием на его пути. Господь сопутствовал владыке в его делах, и существующие для нас преграды переставали существовать на его путях. В этом я мог убедиться как в Американском консульстве в Шанхае, так и на пристани в Маниле, и в Министерстве филиппинского правительства».
После того, как лагерь был весь эвакуирован и люди разъехались по разным странам, большей частью в США, на остров Тубабао налетел страшный тайфун и разрушил лагерь до основания.
В ежегодный день памяти святого пророка Моисея, когда Церковь вспоминает его – Великого, Богобоящегося духовного вождя избранного народа, наш гугнивый «Моисей» – дорогой владыка Иоанн снимает обувь (свои неизменные сандалии) и босой совершает Таинство Евхаристии у Престола Божиего, будто перед Неопалимой Купиной.

Продолжение следует

Номер: 
Месяц: 
Год: